Затухание конфликта на Ближнем Востоке привело к увеличению экспорта нефти из Ирана. Согласно последним данным, трафик иранской нефти через Ормузский пролив достиг максимальных значений с начала военных действий. Только за одно утро в пролив вошли три танкера, находящихся под санкциями США, перевозящие около 6 миллионов баррелей иранской нефти. Все они следуют в направлении вод Сингапура, где, по всей вероятности, произойдет перегрузка на другие суда для дальнейшей доставки на китайские НПЗ.
Актуальная динамика танкерного трафика через Ормузский пролив (данные на июнь 2026 года):
Как видно из графика, после 28 февраля 2026 года (начало активной фазы конфликта) ежедневный объём перевозок в тоннах (особенно сырой нефти) рухнул с нескольких сотен тысяч тонн в сутки до минимальных значений. В марте–мае трафик оставался на очень низком уровне, но уже в июне наблюдается частичное восстановление, о чём свидетельствует рост на 225% по сравнению с предыдущей неделей.
Несмотря на общее снижение объемов судоходства, Иран смог существенно нарастить собственные поставки. За выходные через пролив прошли несколько загруженных танкеров в сторону Оманского залива, часть из них работала с отключёнными транспондерами. Трейдеры фиксируют рост пустых танкеров, заходящих в Персидский залив - экспортёры используют их для накопления и отправки дополнительных объёмов на фоне дефицита хранилищ. Один крупный танкер вошёл в залив после отключения AIS, другой шёл вдоль побережья Омана. Кроме того, четыре пустых танкера СПГ, связанных с Катаром, прошли через пролив - это может быть одним из максимальных суточных показателей с начала конфликта.
Геополитический контекст и механизмы обхода санкций
Ормузский пролив - критическая артерия мировой энергетики, через которую традиционно проходит около 20% глобальной нефти и значительные объемы СПГ. Конфликт, начавшийся в конце февраля 2026 года, привел к серьезным нарушениям: блокадам, ударам по судам, минам и резкому снижению трафика. Но Иран, контролируя ключевые позиции, смог сохранить и даже нарастить собственные экспортные потоки, в то время как другие экспортеры региона пострадали сильнее.
Ключевую роль играет Китай - основной покупатель иранской нефти, приобретающий до 90% экспорта. Пекин использует "теневой флот" - стареющие танкеры с непрозрачной собственностью, практику отключения AIS, фальсификацию документов и перемаркировку груза (часто как малайзийский или ближневосточный). Нефть поступает на независимые НПЗ в провинции Шаньдун, которые менее подвержены западным санкциям. Платежи часто идут в юанях, минуя долларовую систему.
Несмотря на усилия США по максимальному давлению, эта сеть доказала свою эффективность. Иран получает сотни миллионов долларов дополнительного дохода от роста цен на нефть и сохраненных объемов экспорта. В условиях войны это стало важным источником финансирования для Тегерана.
Влияние на мировые рынки нефти и газа
Возобновление иранских поставок происходит после сложных переговоров в Швейцарии. Ранее пролив был почти закрыт, что привело к резкому росту цен на нефть (CL превышала $110+ в пике из-за дефицита). Сейчас, с частичным открытием маршрутов после переговоров США-Иран, рынки реагируют осторожным оптимизмом, но полное восстановление займет месяцы из-за страховых рисков, поврежденной инфраструктуры и угрозы возобновления боевых действий.
Для Катара и других производителей СПГ ситуация особенно острая: производство и экспорт были парализованы ударами и блокадой, что ударило по глобальным поставкам газа. Пустые танкеры СПГ, отмеченные в проливе, сигнализируют о попытках возобновления сообщения, но риски остаются высокими.
Ключевые последствия для инвесторов и трейдеров:
- Цены на нефть - сохраняется повышенная волатильность в диапазоне $70–90 за баррель.
- Риски санкций - вторичные ограничения США остаются серьёзной угрозой.
- Диверсификация - Европа и Азия ускоряют поиск альтернативных источников, включая американскую легкую нефть (CL).
- Долгосрочный эффект - конфликт подчеркнул уязвимость глобальных узких мест и ускорил развитие альтернативных логистических схем.
Возобновление иранского нефтяного экспорта через Ормузский пролив выходит далеко за рамки обычной логистики. Это демонстрация того, как в многополярном мире санкции и военные действия перестраивают энергетические потоки в пользу тех, кто мастерски использует серые зоны. Для глобальной экономики это означает повышенную волатильность, рост цен на энергоносители и необходимость новых стратегий безопасности поставок. Пока переговоры США и Ирана продолжаются (включая вопросы ядерной программы и активов), рынок будет чутко реагировать на каждый танкер в проливе.
